Соответствующий депутатский запрос в адрес генпрокурора Игоря Краснова поступил от зампреда думского комитета по контролю Михаила Романова. Об этом стало известно из телеграм-канала самого Романова.
В своем посте депутат пишет, что Генпрокуратура также «поддержала [его] инициативу об ужесточении штрафных санкций по статье за уклонение от пожарных проверок (19.4.1 КоАП РФ) в десятикратном размере». На сегодняшний день в таком случае предусмотрены штрафы в размерах: для граждан от 500 до 1 тысячи рублей, для должностных лиц — от 2 до 4 тысяч рублей, а для юридических лиц — от 5 до 10 тысяч рублей.
Романов считает, что вопрос безопасности жизни человека должен быть на первом месте, и эти меры контроля позволят предупредить такие пожары, как произошедший в декабре 2022 года в Кемерове.
В ночь на 24 декабря 2022 года в Кемерове сгорел нелегальный дом престарелых на Таврической улице. Он располагался в двухэтажном деревянном доме с печным отоплением. Второй этаж, на котором и жили постояльцы, сгорел полностью. Пожар застиг спящих людей врасплох — 22 человека погибли, еще два человека попали в реанимацию со страшными ожогами. Причиной возгорания, по версии следствия, стало неправильное обращение с печью.
Корреспондент АСИ поговорил с экспертами и выяснил, что они думают по этому поводу. Все они сошлись во мнении, что усиление прокурорских проверок никак не повлияет на деятельность частных домов для престарелых и бездомных, зато станет дополнительным финансовым ярмом для честных организаций и значительно затормозит их работу.
Директор фонда «Старость в радость» Елизавета Олескина считает, что в глобальном смысле проверки исполнительной власти ни к чему не приведут.
«Если прокуратура найдет нарушения пожарной безопасности — возможно, это спасет кому-то жизнь. Возможно, смогут проверить, чем пожилых людей кормят, соблюдаются ли санитарные требования. Может быть, проверят, “в белую” ли трудоустроены сиделки, защищены ли они как работники. Но предъявить этим учреждениям какие-либо требования по качеству ухода, квалификации сотрудников, обеспечению доступной среды и так далее будет по-прежнему невозможно», — объяснила Олескина.
![](https://www.asi.org.ru/wp-content/uploads/2023/02/ria_8346339.lr_.jpg)
![](https://www.asi.org.ru/wp-content/uploads/2023/02/ria_8346332.lr_.jpg)
![](https://www.asi.org.ru/wp-content/uploads/2023/02/ria_8346334.lr_.jpg)
С этим мнением солидарна Лана Журкина, основатель и директор центра помощи бездомным «Дом друзей».
«В Кемерове был не приют для бездомных, а работный дом. Иными словами, там была схема зарабатывания денег. Таких домов тьма тьмущая, и никакими проверками и ужесточениями их не наказать. Они вне правового поля, поскольку нигде не зарегистрированы и никакую ответственность не несут, как организация. Ну а что? Арендовали на частное лицо, закрылись семью замками и говорят, что люди, которые у них там живут, — просто гости. И не пускают никакие пожарные службы. Усиление проверок у нас всегда происходит после очередного громкого происшествия, но безопасность проживающих в таких частных домах от этого не увеличивается.
Вместо этого под раздачу попадут те, кто официально зарегистрирован, платит налоги и реализует программы, не наживаясь на людях, а помогая», — считает Лана.
По словам Журкиной, политика наказаний и ужесточений приведет к тому, что пострадают все, потому что нарушения можно найти везде — стоит только захотеть.
«У нас по законодательству вечно все меняется: [для пожарной безопасности] то одни провода нужны, то другие, сначала такая система оповещения, через год совершенно новая. Это колоссальные деньги для НКО. Мне бы хотелось другой риторики: чтобы пожнадзор помогал организациям, а не выступал карательным органом», — заявила Журкина.
А Госдуме, считает директор «Дома друзей», стоило бы провести сессию с профессионалами своего дела — позвать основателей центров помощи и спросить у них, чем и как помочь НКО, обсудить, как решать назревшие проблемы.