Новости
Новости
21.06.2024
20.06.2024
18+
Серии

«Многие экодвижения опираются на мифы и занимаются почти популизмом». Дмитрий Иоффе, «Чистые игры»

Как специалист по IT-проектам и стартапам придумал экосоревнования и квесты по сбору мусора, в которые играют уже в 19 странах.

Фото: Светлана Булатова/АСИ

Интервью – часть проекта Агентства социальной информации и Благотворительного фонда Владимира Потанина. «НКО-профи» — это цикл бесед с профессионалами некоммерческой сферы об их карьере в гражданском секторе. Материал кроссмедийный, выходит в партнерстве с порталом «Вакансии для хороших людей».

Мусор переплетается с корнями деревьев

Вы долго работали в сфере IT и занимались стартапами. Возникали ли у вас мысли об экологических проблемах в тот момент?

Мысли были. Например, я задался вопросом, куда едет мусор, который я выкидываю, что с ним происходит потом. Мне хотелось, чтобы лес, где я люблю проводить время, становился чище, чтобы деревья не срубали и чтобы в них не заколачивали гвозди. Но эти мысли всё же не приводили к каким-то действиям. Я не занимался экологическим активизмом и не участвовал ни в каких проектах как волонтер.

«Чистые игры» начались с вашей поездки на озеро Вуокса в Ленинградской области. Как вы там проводили время и что увидели?

Мы просто организовали поход с друзьями и большой компанией — человек двадцать — плавали на лодках несколько дней. На озере Вуокса много маленьких островов, и степень их загрязненности была такой, что свалка — три метра в длину, в ширину и в глубину — могла занимать заметную часть небольшого острова. Стало понятно, что никто никогда эту свалку отсюда не вывезет просто так, значит, нужно придумать мотивацию для людей, которые бы могли добровольно приехать и почистить эту территорию.

Фото: Светлана Булатова/АСИ

Как вы пришли именно к формату игры?

Мы с друзьями около десяти лет занимались ролевыми играми — когда команды в лесу разыгрывают сюжеты по Толкиену или, например, по Достоевскому, в костюмах и с реквизитом. Поэтому первое, что пришло нам голову, — организовать именно ролевую игру, где мусор — это золото, которое нужно добывать. А потом решили, что если игра будет скорее спортивной, а не ролевой, то она сможет привлечь больше людей и стать более популярной, понятной. Побеждает тот, кто соберет больше мусора.

От идеи до первых игр сколько времени прошло?

Два месяца, и к нам сразу присоединились сто человек. Мы провели игры на Вуоксе, команды по четыре человека плавали на лодках между островами и собирали мусор.  Участники получали баллы, и их можно было потратить, например, на моторную лодку — чтобы еще быстрее передвигаться между островами. У нас был конкурс необычных находок и конкурс бортовых журналов, как на кораблях, когда во время плавания ты ведешь заметки и описываешь происходящее с членами твоей команды. Игры длились девять часов, практически целый день.

А чисто визуально облик озера и островов изменился после игр?

Сложно вот так оценивать результат. Представьте, что на некоторых островах участники выкапывали-выкапывали отходы, а потом вдруг понимали, что мусор глубоко в земле переплетается с корнями деревьев, и уже были вынуждены останавливаться. Это всё впечатляет.

Мы собрали 800 мешков мусора — это по-настоящему огромная гора, которую мы потом еще целый день вывозили на материк.

800
мешков мусора собрали на первых "Чистых играх"

Как вы собрали бюджет для первых игр?

На первых играх мы просили участников сделать взнос — 1900 рублей на команду. Также мы привлекали спонсоров на аренду лодок, на призы.

Легко было в 2014 году привлекать спонсоров к экопроекту?

В первую очередь я написал краткий анонс и разослал его знакомым. Кому-то нравилась задумка, кому-то было всё равно. Кто-то помог нам потому, что мы были друзьями. Но мы никому не озвучивали высокую идею о спасении планеты.

Фестиваль вместо субботника

Вот первые игры прошли, 800 мешков мусора поехали на свалку и на переработку. Как быстро вы начали масштабироваться?

Надо сказать, что у нас не было цели масштабироваться. На второй игре, которую организовал мой брат и сейчас мой партнер, уже не было платных взносов. Мы подавали заявки на гранты, продолжали рассказывать о нашей идее спонсорам, и спустя какое-то время люди сами стали нам звонить и спрашивать: «Как можно провести у себя «Чистые игры?» Тогда мы поняли, что можно подробно описать, как мы работаем, и распространять игры как франшизу.

То есть люди сами стали вас находить?

Да, нас просили объяснить, как проводить игры. Мы создали методику и подробно описали, как собирать команды, с чего начинать игру. Мы старались не выезжать специально к тем, кто хотел поучаствовать в «Чистых играх», — мы просто оставались на связи с ними и были готовы помочь, если возникали вопросы.

Сейчас игры приносят вам заработок или проект полностью некоммерческий?

Конечно, мы зарабатываем. Мы принимаем корпоративные заказы от компаний, и это позволяет платить зарплату команде, выручать небольшую прибыль. Тех, кто хочет присоединиться к нашему движению и провести игры в своем городе, например, мы обучаем бесплатно, даём логотипы, предоставляем наше мобильное приложение, в котором можно вести рейтинг команд и отслеживать результаты. Чтобы обучение организаторов было качественным, мы подаем заявки на гранты.

Но другое дело, если требуется наше непосредственное участие. Первый «заказ» на игры в Москве был как раз коммерческий — мы организовали своеобразный экологический корпоратив для сотрудников нескольких крупных компаний. Потом были Керчь, Торжок, Казань.

Как вы думаете, почему сотрудникам крупных компаний интересно проводить время друг с другом, собирая мусор?

Бывает по-разному, обычно это инициатива HR- или PR-службы компании все-таки, если  от коллектива есть запрос заниматься корпоративным волонтерством и делать вместе добрые дела. Но суть в том, что такой запрос, который сейчас не редкость в корпорациях, можно совершенно по-разному удовлетворить: кто-то делает это грустно, кто-то весело. Вот у нас именно весело. Мы проводим для компаний экобаттлы, квесты, мастер-классы — например, как совместить уборку и фитнес или как сделать экосумку. Мы организуем пикник, ставим фотозоны — то есть это выглядит не как субботник, а как фестиваль.

А что получают победители некорпоративных «Чистых игр»?

Обычно это дипломы и призы — билеты в кинотеатр или термокружки, чтобы не покупать напитки в одноразовых пластиковых стаканчиках, или сертификат на покупку чего-то в экологическом магазине. За подарки часто отвечают спонсоры, которых удается найти организаторам игр.

Куда едет весь мусор, который вы собираете?

Мы отвозим мусор на легальные полигоны твердых отходов, а если участники сортируют мусор, свозим на переработку.

В таком случае контролируете ли вы «путь» этого мусора, если игры проводятся не при вас? Вам важно убедиться в том, что отходы попадут куда следует?

Обычно это контролируется с помощью обратной связи от организаторов. Они пишут об итогах игр в социальных сетях, и мы видим, как всё прошло. К тому же, у нас есть соглашение, которое должны подписывать организаторы игр, и в нем прописаны штрафные санкции для тех, кто нарушит правила. Могу сказать, что мы не придирчивы, но это соглашение — наш рычаг контроля на случай, если что-то пойдет не так, как у нас принято. 

«Дети вырастут — всё поменяется»

«Чистые игры» прошли уже в 19 странах. Как вообще они вышли за пределы России?

В 2018 году одна наша знакомая, которая работала учителем в индийской школе, собрала команды и сама провела «Чистые игры». Зимой 2019 года к нам присоединились Венесуэла и Китай, потом Польша, Латвия, Эстония.

В октябре вы организовали большой турнир между командами России и США. Как это было?

Пару лет назад мы нашли гранты на российско-американские совместные социальные проекты. Мы присматривались к этим программам, искали партнеров в Штатах. Когда нам удалось найти единомышленников и получить грант, началась пандемия, и наши планы притормозились. Поэтому только в октябре у нас наконец получилось провести турнир между 11 городами России и десятью городами Америки. Восточное побережье США начинало игры в 10 утра, а Россия — в 17 часов. Мы вели онлайн-трансляцию, обновляли турнирную таблицу — то есть за результатами команд можно было следить почти в прямом эфире. У нас были ведущие и гости трансляции, были прямые включения с площадок — например сначала из Нью-Йорка, а потом из Орла и Выборга.

А возможны ли корпоративные «Чистые игры» в других странах? Вам когда-нибудь поступали такие заказы?

Сейчас мы как раз ведем диалог по поводу организации «Чистых игр» в Казахстане, но из-за пандемии этот процесс замедляется.

Наблюдая за тем, как игры проходят в других странах, вы видите какие-то национальные особенности или убираются везде одинаково?

Мусор везде убирают почти одинаково, но я помню, что в Китае, например, чтобы очистить кусты от отходов, участники пользовались какими-то специальными длинными палочками. В Нигерии команды решили не зеленую зону очищать, а убирались в городе — выгребали мусор из канав. Но заметно, что почти в каждой стране охотно участвуют дети и молодежь — у них азарт просыпается. И нас это радует. Дети вырастут, у них сформируется уже совершенно другой уровень ответственности за чистоту вокруг — и всё поменяется.

Есть команды, которые постоянно возвращаются в игры?

Да, такие люди точно есть. Но у нас настолько большой охват городов, что быть знакомым с каждой такой командой просто невозможно. Таких людей проще всего заметить, когда они становятся победителями.

Фото: Светлана Булатова/АСИ

У нас в этом году в Санкт-Петербурге проходили два больших турнира с тысячью человек и международный турнир среди стран Балтийского региона. И в этих трех турнирах одна и та же команда взяла два первых места и одно третье. Сейчас мы обновляем сайт, скоро там можно будет посмотреть, сколько человек участвуют в наших играх по два или по три раза.

За шесть лет, что существуют «Чистые игры», вы заметили какие-то изменения в экосообществе в России? И насколько это сообщество вообще широкое и сплоченное?

Наши организаторы по всей стране состоят в чатах и общаются, они передают друг другу лучшие практики, причем не только для «Чистых игр», а вообще для разных экологических акций и движений. Можно сказать, что мы тоже расширили сеть таких людей по стране. Сейчас ведем переговоры о создании неформального объединения эковолонтерских организаций и скоро об этом объявим.

Хотя есть, конечно, и то, в чем разные экоорганизации не согласны друг с другом. Мы, например, принципиально не сотрудничаем с политическими партиями, и это даже прописано в правилах наших игр, а кто-то становится партнером политиков и организует разные активности вместе с ними.

Можете привести примеры экологических практик, которые еще два года назад в России не были распространены, а сейчас используются?

Сейчас у нас набирает популярность плоггинг. Это такая шведская идея — собирать мусор во время пробежки. Но в России само слово прижилось, а идея работает не очень хорошо. Дело в том, что в Швеции мусора не так много и люди действительно могут позволить себе во время пробежки раз в полчаса нагибаться над брошенной бутылкой. А в России, стоит тебе выйти на пробежку, ты увидишь сразу десятки этих бутылок, и легче поставить табуретку и начать убираться по-серьезному.

Ещё одна интересная новая практика — это экодвор. Люди из соседних домов организуют мини-праздник, фестиваль, во время которого можно сдать вторичное сырье, поиграть в экоигры, убраться.

Насколько сильно по вашему делу ударил коронавирус, ведь вы организуете как раз массовые мероприятия?

Довольно сильно. Пандемия нарушила наши планы, но стала толчком для того, чтобы запустить новые форматы — такие, которые не нужно согласовывать. Например, мы начали делать, грубо говоря, «децентрализованные» игры — не одни большие, а несколько маленьких. На каждой точке могло быть не более 30 участников, и мы выдавали им маски и антисептики. Также мы организовали «Премию борцов с мусором», когда люди в одиночку в течение месяца могли собирать мусор на территории, которую выбрали, а потом сделать фотографии «до» и «после» и опубликовать пост с хештегом. Мы находили этих «борцов» в соцсетях и награждали людей в разных номинациях.

«Мы не экономим на фотографах»

Какие у вас лично сформировались экопривычки за всё время существования «Чистых игр»?

Я сам участвую в играх несколько раз в год примерно. Кроме этого, я стал сортировать отходы дома, я ношу с собой в сумке фруктовки — маленькие мешочки для фруктов и овощей, ношу термокружку, стараюсь не использовать одноразовые вещи — то, что приходится выбрасывать сразу же после использования.

Легко вам это далось?

Всё происходило потихоньку — сначала стали собирать макулатуру, потом батарейки, потом пластиковые бутылки… Есть вещи, которые сложно сдавать на переработку, их приходится копить дома, это может привести к скандалам в семье, например! Поэтому я всё же живу не по всем канонам разумного потребления, и есть люди гораздо более экологичные, чем я. Я — умеренный.

«Чистые игры» для вас сейчас главное дело? Или у вас есть и другая работа?

Главное. В 2015 году я уволился с работы и занялся именно «Чистыми играми».

Вы ожидали, что так плотно займетесь именно экологическим проектом, когда всё только начиналось?

Если честно, я не помню свои ощущения так отчетливо. Но сейчас в моей команде 10 человек и еще около 300 организаторов игр в разных городах и странах, и я чувствую, что это как раз тот проект, в котором по-прежнему есть большие перспективы для развития.

Как вы себя ощущаете в некоммерческом секторе после работы со стартапами?

Некоммерческий сектор довольно сильно стал профессионализироваться, по моим наблюдениям, в последние три-четыре года. Раньше было грустно наблюдать за тем, как люди бьются, пытаются решить какие-то проблемы, но упрямо продолжают использовать не самые эффективные инструменты. Сейчас охваты НКО стали расти, если выражаться языком бизнеса.

А к каким эффективным инструментам вы пришли в команде «Чистых игр»?

Первое, что приходит в голову, — это идея оформить результаты наших первых игр в виде презентации. Я тогда еще занимался стартапами, и эта форма отчетности казалась мне очень удачной для любого проекта, в том числе и для экологического, волонтерского. «Чистые игры» одни из первых в экосообществе стали вот так отчитываться о своей работе, наглядно, с инфографикой.

Грубо говоря, мы задумались об упаковке продукта. Поэтому он и хорошо «взлетел» — и среди коммерческих компаний, и среди людей, которые заинтересовались темой. Мы также поняли за это время, что серьезный процент успеха — это хорошие фотографии, поэтому мы не экономим на фотографах. И обязательное условие для организаторов наших игр — фотограф на площадке.

Стоит ли перед вами цель сформировать экологические привычки у людей, поменять их отношение к природе? Или вы не спекулируете на «высоком»?

Одними играми мир не спасти, и нельзя ведь бесконечно убирать мусор — нужно, чтобы на его месте больше не образовывалась свалка. Поэтому мы в целом оцениваем игры как способ вовлечения людей в экологию. И смысл массовых мероприятий в том, чтобы люди видели: они не одни, — и становились более уверенными в своих новых привычках.

Есть организации, которые занимаются раздельным сбором мусора, есть те, кто помогает организациям, занимающимся этим раздельным сбором. А мы популяризируем экоактивности.

Мы в этой команде — ребята, которые умеют хорошо привлекать внимание к себе, привлекать ресурсы и передавать свои знания другим.

Мы думаем, что участники экологического сообщества должны держаться вместе, но пусть каждый занимается своим делом.

Вы выбрали игровой формат — веселый и непринужденный. А какие интонации или формы взаимодействия с аудиторией не стоит выбирать, по-вашему, для экоактивностей?

Рецепта нет, потому что разные форматы и разные интонации работают на определенную аудиторию. Далее может стоять вопрос: насколько ошибочны выводы, которыми ты оперируешь? Существует огромное количество мифов, связанных с экологией, и они очень популярны. Многие экодвижения опираются на мифы и занимаются почти популизмом. Мы такое не очень приветствуем, потому что в этом есть доля лицемерия. Но я не могу отрицать, что этот метод может быть действенным.

А что это за мифы?

Один из самых распространенных мифов — человечество убивает планету. На это утверждение можно посмотреть очень по-разному. Человек — это всего лишь один из видов среди других живых существ, а на планете есть существа, для которых даже кислород не нужен. Поэтому даже если человек исчезнет, какие-то существа всё равно останутся — причем на нашей планете. И экологический кризис, который всех убьет, на самом деле может произойти по очень многим причинам, которые от человека не зависят. Но усиленно расставляют акценты так, что человек в ответе за всё.

Фото: Светлана Булатова/АСИ

Конечно, экологическому движению это на руку. Но взорвутся пара вулканов и наступит ядерная зима. Или астероид прилетит — такая вероятность действительно существует. Мы фокусируемся на парниковом эффекте, но это и без нас случается с какой-то периодичностью. Я читал в СМИ, что ихтиозавры вымерли в том числе из-за парникового эффекта.

Несколько месяцев назад произошла катастрофа на Камчатке, погибли морские животные. На это сразу же отреагировали активисты — стали говорить о крупной утечке топлива и о преступлении против экологии (причины загрязнения до сих пор не установлены. — Прим. АСИ). А может ли экосообщество предупреждать подобные катастрофы?

То, что вы сейчас описываете, — тоже, возможно, иллюстрация мифа или заблуждения. Сейчас множество исследований проводятся на Камчатке, и последние результаты указывают на то, что это все-таки произошло из-за красных приливов — из-за развития определенных водорослей, которые выделяют ядовитые вещества. Первая мысль — кто-то что-то вылил в океан и потравил морских животных, ведь, как нам кажется, так обычно это и происходит. И такие мысли небезосновательны. На слуху недавняя утечка топлива под Норильском. Важно, что это зафиксировали СМИ и пустили в эфир, потому что раньше вполне могли бы замолчать. В выступлении Путина на Валдайском форуме был отдельный спич про экологию — наконец-таки эта тема хотя бы звучит!

Если не возлагать полную ответственность на человека, то как ему объяснить необходимость экологичного образа жизни?

Мы думаем, что хороший подход — это сравнение планеты с домом, который просто нужно держать в порядке. Можно, конечно, не убираться в своей комнате и из-за беспорядка потерять в эффективности. Но мы ведь понимаем, что правильнее и приятнее — все-таки убираться. Тем более что даже маленькие действия могут быть сразу заметны. Делай что должен — будь что будет.

18+
АСИ

Экспертная организация и информационное агентство некоммерческого сектора

Попасть в ленту

Как попасть в новости АСИ? Пришлите материал о вашей организации, новость, пресс-релиз, анонс события.

Рассылка

Cамые свежие новости, лучшие материалы в вашем почтовом ящике