«Все из родной Тяни»
Во дворе небольшого частного дома на окраине Олёкминска, города на юге Якутии, стоят четыре деревянные фигурки: два коричневых оленя и пара белоснежных стерхов. Здесь живет эвенкийка, мастер народных художественных промыслов Республики Саха 57-летняя Анжелика Степанова.
На столе у Степановой — кровяная колбаса, жареный хариус, традиционные якутские оладушки, бульон из мяса оленя. «Это все из родной Тяни, мои родственники гостинцы отправляют постоянно».
Анжелика Степанова — из семьи оленеводов. Женщина родилась в Тяне, селе на берегу одноименной реки, в 260 км от города Олёкминск.
«Тяня — это маленькая деревня, в которой живут эвенки-оленеводы. Оленеводы — дети природы, они все берут от нее. Что она даст — так и живут», — объясняет Степанова.
Эвенки — коренной малочисленный народ, в России их меньше 40 тысяч человек. Жизнь народа тесно переплетена с природой: эвенки традиционно занимаются оленеводством и охотой, рыболовством и собирательством, а еще верят, что вся природа вокруг, даже камни и реки, — живые.
Анжелика рассказывает, что ее отец всю жизнь был оленеводом, мама — чумработницей, то есть отвечала за весь кочевой быт, рыбачила, шила одежду из шкур животных. На оленеводческой стоянке ребенку невозможно получить образование, и Анжелику отправили к родственникам в Амгинский район: учиться в школе. Окончив ветеринарный факультет в Якутске, Степанова вышла замуж и вернулась в Тяню. Тогда, глядя на маму и бабушку, Анжелика начала шить.
«Мне было 25 лет, я родила ребенка и, пока с ним сидела, начала шить — в основном из соболиного меха: детские шапки, рукавички. Все делала вручную, а мех мне добывали на охоте родители и муж».
Шила Анжелика и для младшей сестры: «У нее в школе был показ мод, и я шила кепки и жилеты из беличьей шкурки. Это все до сих пор помнят».
Рукоделием в семье Степановых занимались все женщины. 79-летняя мама Анжелики Капитолина Трынкина, по словам дочери, «всю жизнь шила»: сначала — теплую одежду для семьи, после — нарядную, для праздников. Капитолина — народный мастер Республики Саха (Якутия), ее работы участвуют в выставках по всей стране.
Степанова достает сверток из мягкой оленьей кожи с завязками:
«Этот кошелек для шитья моя бабушка всю жизнь с собой носила. Даже ее иголочки, ниточки сохранились. Теперь это мой оберег».
Когда Анжелике исполнился 31 год, она переехала в Олёкминск, устроилась ветеринарным врачом и продолжила шить. Со временем стала участвовать в выставках: «Раньше я всегда с мамой [за компанию] ходила на выставки, а сейчас и свои, и мамины работы вожу».
Участвует Степанова и в национальных праздниках: якутском Ысыахе и эвенкийском Бакалдыне, который символизирует начало нового года и встречу семей после долгой зимы. Анжелика берет с комода золотистую статуэтку: специальный приз выставки «Сокровище севера — 2021″ в Москве. Степанова получила его за традиционные эвенкийские сапоги из ровдуги — особым образом выделанной кожи северного оленя. Такие сапоги называются торбаза, их носят оленеводы.
«Я шила торбазы по-традиционному: из сухожильных нитей и ровдуги. Увидела такие торбазы где-то в музее — старые-старые. Сняла на фото и сделала такие же для выставки. Сейчас жители Тяни такие [сапоги] уже не носят — надевают только по праздниками».
Степанова любит бывать в музеях. Говорит, что там «всегда есть эвенкийский отдел. Интересно же посмотреть: какой народ, какой лад?».
Фото: Ирина Курганова / АСИ
Сейчас Анжелика продолжает работать ветеринарным врачом и шьет только по вечерам или в выходные. В своем творчестве она сочетает эвенкийские традиции и современные тренды.
«Хочу, чтобы наше традиционное шитье и орнаменты не исчезли. Национальную одежду хотят носить, потому что [в магазинах] все одинаково, а люди хотят показать себя на праздниках и вечерах».
Соль для оленей, сумка из рыбы
«На мне сейчас — жилет в современном эвенкийском стиле. Сделала себе наряд, — улыбается Анжелика Степанова. — Я шью пальто, вечерние платья в стиле бохо, жилеты. Заказывают такую одежду не только эвенки, но и якуты: тоже хотят так одеваться.
По светло-зеленой ткани жилета бегут узоры: круги и волнистые линии, напоминающие традиционные мотивы эвенков. Каждый элемент — это отсылка к природе, с которой неразрывно связана жизнь эвенков.
Традиционный узор из ромбов и треугольников означает горные перевалы и вид сверху на оленьи стада.
Круглые элементы — это солнце, символ счастья и мира. «Солнце всегда рисуют и сзади, и спереди вещи, чтобы оно защищало человека».
Фото: Ирина Курганова / АСИ
Один из главных эвенкийских символов — лапа гагары, северной водоплавающей птицы, которая прекрасно ныряет. Анжелика сделала себе подвеску из желтого, голубого и персикового бисера в форме птичьей лапы.
«У эвенков есть миф, что гагара вытащила клювом землю со дна реки и отдала доброму духу эвенков. А тот создал эвенкийскую землю. Лапа гагары — наш оберег».
На голове Анжелики — бастана, традиционный женский головной убор в форме обода. Исторически бастана относится к якутской культуре, но со временем украшение перекочевало и к эвенкам.
В украшениях Степанова использует натуральные природные материалы: рог и подбородный волос оленя, соболиный мех. Найти традиционные материалы с каждым годом все сложнее: выделка ровдуги — трудоемкий процесс (ровдуга или сыромятная кожа — вид замши, который делают из шкур оленя, лося или косули с помощью особой выделки без применения химического дубления — прим.АСИ).
«Выделывать шкуру оленя — это мужская работа, которую надо делать на стаде. Я один раз пыталась. Наши родственники, старики и старушки делали. А для нас, молодежи, тяжело».
Степанова не может объяснить, как у нее рождаются идеи. Часто все начинается с материала: «Когда подходящий материал нахожу, ко мне приходит идея, и я начинаю собирать потихоньку остальные материалы. Что-то покупаю, что-то передают родственники из Тяни: мех сейчас дорогой».
Степанова показывает рейл, на котором плотно развешаны разноцветные вещи: жилеты из ровдуги с вышивкой, узорчатые платья и накидки, шубки из беличьих шкурок, меховые панамы, нагрудники и другие украшения.
Пояс с деревянными бусинами при движении издает звук, напоминающий звон колокольчика. Это тоже дань эвенкийским традициям: «Когда олень идет, он звенит». В мужских оберегах используют когти и зубы медведя и других животных. Бусы делают из бисера «всех цветов радуги: они означают краски лета, небо, сияние луны, природу».
Костюм «Земля эвенков» Степанова сшила из штапеля, ватина, бязи и цветной тесьмы. «Традиционно такой костюм шьют из шкуры и меха, но я сделала в современном стиле». В комплекте — парка с капюшоном, передник нэл, традиционная шапочка авун, рукавицы коколло и ноговицы сутуруо («чтобы колени не мерзли»). На груди парки — вышивка: большая гагара и горы, олени, луна, солнце и реки. На спине — радужные ленточки: северное сияние. Эвенкийские рукавицы имеют разрез повыше большого пальца, чтобы не снимать с руки рукавицу в сильные морозы. На ладони шкура выкраивается мехом вовнутрь: так теплее.
Степанова сделала даже солнцезащитные очки из кусочков кожи, расшитые бисером, с маленькими щелочками для глаз: «Такими пользовались наши предки». На одном платье Анжелика вышила солнце, горы, реки и рыбаков: «Это наш эвенкийский быт», — объясняет мастер. Эта вещь еще не выставлялась, а «китайцы уже пытались купить». По словам Степановой, они часто приезжают в Якутск и покупают одежду с эвенкийскими мотивами.
Анжелика достает большие короба из бересты и ровдуги, расшитые цветными лентами и кистями из оленьей шерсти: «Это как чемодан: кладут на спину оленя и перевозят вещи». Берестяные короба поменьше называются муручун: тут хранят украшения и разные хрупкие мелочи. Совсем маленькие коробочки — для швейных принадлежностей: ниток, иголок, ножниц.
В быту такие вещи сейчас не используют, но Степанова старается адаптировать их на современный лад. Так появились небольшие прямоугольные сумочки из ровдуги: «Их можно носить как клатч, удобно класть внутрь телефон. Это важно, чтобы молодежь знала наше ремесло и хотела пользоваться такими вещами».
Есть сумки из рыбьей кожи — из щуки и тайменя. Процесс подготовки кожи Анжелика описывает так: «Я сама выделывала: рыбу берешь, снимаешь с нее кожу, потом вымачиваешь в специальном растворе, потом в муке, долго промываешь и мнешь, чтобы кожа стала мягкой. Много волокиты».
Главное животное для эвенков — олень: раньше охотились верхом на них, лошадей не использовали. «Сейчас на лошадях уже начали охотиться, привыкают», — смеется Степанова. Она тоже пробовала ездить верхом на олене, оказалось неудобно: «Олень маленький, на спину не сядешь, надо садиться на холку». Анжелика сшила даже мешочек для хранения соли, любимого угощения оленей. На завязках — деревянные бусины, которые издают громкий стук и приманивают животных. «Стучишь, олени подбегают, соль вытаскиваешь и даешь им», — объясняет Анжелика.
Родное село Тяня — источник вдохновения для Степановой. Бережно, словно драгоценность, она достает флаг из бело-зеленого бисера:
«Это наш Тянский флаг. Здесь есть наша ураса (старинное конусообразное жилище эвенков — прим.), северный олень, ромбики. Кисточки из голубого бисера — это река».
Фото: Ирина Курганова / АСИ
«Что плохого было, что хорошего хочешь»
В Тяне, где сейчас живет около 500 человек, Степанова бывает два-три раза в год: «Когда есть время и дорога». Путь до села — целое приключение: нужно лететь самолетом или же добираться по зимнику, временной дороге, которую прокладывают по руслу реки в сильные морозы.
Родственники Степановой продолжают заниматься оленеводством и присылают ей в Олекминск гостинцы и материалы для шитья. Мама Капитолина по-прежнему рукодельничает и в 2022 году даже выиграла грант на пошив национальной одежды и берестяных изделий, сувениров из меха оленей и промысловых зверей.
Чтобы сохранить родной язык и самобытную культуру, в Тяне каждый год устраивают конкурс эвенкийских династий. Среди испытаний — задача «Диалог с носителем языка», которая показывает, в чьей семье эвенкийский язык живет не только в праздники, но и используется в повседневной жизни.
Эвенкийский язык — уникальный: в нем больше 20 разных названий снега. При этом долгое время у эвенков не было буквенной письменности, они использовали символические изображения: например, рисунок ножа острием вниз означало место, богатое добычей. Первый эвенкийский алфавит с латинскими буквами разработала в 1928 году путешественница-исследовательница, этнограф, лингвистка Глафира Василевич. Через несколько лет в России начали издавать книги на новом алфавите. Сейчас эвенки используют обновленный алфавит — на кириллице.
Эвенкийский язык в России считается исчезающим. По переписи 2010 года, и владеют только 4802 человека — меньше 13% всех эвенков. Часто эвенки говорят на русском, якутском, бурятском языках. Многие эвенки, проживающие в Якутии, почти полностью утратили свой родной язык и перешли на русский и якутский.
На прощание Анжелика Степанова рассказывает о своем любимом эвенкийском обряде, дымокуре. Это древний шаманский способ очистить пространство или человека с помощью ароматного дыма трав.
«Дымокур делаем каждый год — просто так или если что-нибудь случится. Зажигаешь пучки трав, проводишь ими, разгоняешь дым. Говоришь про себя, что плохого было, что хорошего хочешь — и очищаешься».
Материал подготовлен по итогам экспедиции Агентства социальной информации в Олёкминский район в июне 2026 года при поддержке компании «Нордголд».
