Центр помощи семьям, находящимся в трудной жизненной ситуации, «Мария», при котором есть приют для женщин, пострадавших от домашнего насилия, работает в Ростове Великом уже более шести лет. Женщины живут здесь по нескольку месяцев, многие из них — с детьми. Одно из важных направлений работы, которую ведет кризисный центр, — социально-педагогическая помощь таким семьям по восстановлению родительско-детских отношений.
Для каждой клиентки в центре составляют план сопровождения в зависимости от тех трудностей, которые у нее возникли и с которыми ей по каким-то причинам сложно самостоятельно справиться. Это может быть и помощь с трудоустройством, и поиски жилья, и восстановление документов, и устройство детей в дошкольные учреждения, в школы, и нормализация отношений между женщиной и ее детьми.
О достижениях и провалах в работе организации автору Агентства социальной информации рассказала Ксения Гогина, директор центра «Мария».
Когда мама перестает быть авторитетом
Большинство наших клиенток — пострадавшие от домашнего насилия. Самое сложное для них — адаптация на новом месте. На начальном этапе для них главное — почувствовать себя в безопасности, наладить свое физическое состояние, нормализовать сон, снизить тревожность. И когда проходит период привыкания к новому месту, мы начинаем проводить консультации для налаживания семейных отношений.
Ведь даже совсем маленький ребенок — в два-три годика — в таких ситуациях, как правило, очень сильно тревожный, не слушается, потому что не воспринимает маму как авторитетного взрослого после того, как видел жестокое обращение с ней его отца или просто ее партнера.
Мальчики постарше часто копируют поведение отцов и либо ведут себя агрессивно по отношению к мамам, либо встают на их защиту и тоже страдают от насилия, даже если оно не проявлялось непосредственно к ним. То есть ребенок видит, что потребности мамы игнорируются, ее мнение не учитывается, и, чтобы он после этого маму слушался, она должна провести над собой некоторую работу. Такая работа предполагает и выполнение рекомендаций специалистов.
Восстановить отношения
У нас есть индивидуальные консультации и групповые занятия для женщин, в которых участвуют как клиентки, имеющие детей, так и бездетные. Эти занятия посвящены и детско-родительским отношениям, и в целом повышению ресурсности клиенток. Чтобы они умели на разных жизненных этапах справляться с разными кризисами.
Для детей любого возраста важен режим, организация мероприятий, в том числе и досуговых, которые помогут им научиться усидчивости, концентрации внимания. В особенно сложных ситуациях наш психолог рекомендует консультацию невролога. Если трудная ситуация длится несколько лет, то, как правило, ребенку уже сложно с ней справиться без помощи специалиста, без коррекционно-развивающих занятий. Социальный педагог общается и с детьми, но, как правило, с теми, кто постарше — начиная от шести-семи лет.
И конечно, мама должна включиться в эту работу. Прежде всего — давать ребенку безусловную любовь, поддержку, а еще — побольше тактильного тепла. Ребенку важно дать понять: мама — самый близкий, самый родной человек, который находится всегда рядом с тобой. Важно сконцентрировать его на том, что есть хорошего в их отношениях, особенно на том, что из этого получается благодаря маминым стараниям.
Мы организовываем для мам с детьми разные мероприятия. Мамы, например, проходят тренинги, а дети в это же время занимаются чем-то творческим или активными играми. Потом мы их объединяем, и так они учатся проводить время и раздельно, и вместе.
Творческие мастер-классы для детей направлены на развитие у них мелкой моторики, на расширение их кругозора. А недавно у нас была осенняя вечеринка с блинами, которые мамы сами напекли. Во время этой вечеринки дети делали бумажных змеев, которых мы потом вместе запускали. Когда нам помогают наши партнеры из мира бизнеса, мы организовываем походы в музеи или развлекательные центры.
Фото: Вадим Кантор / АСИ
В Ростове есть государственный семейный центр на базе МФЦ. Наш юрист проводит там бесплатные консультации. А также мы в настоящее время на средства, полученные от Фонда президентских грантов, проводим там правовые лекции и тренинги для родителей и в это же время организовываем досуг детей.
Основная работа с семьей по восстановлению родительско-детских отношений ведется в период проживания женщины с ребенком в приюте. То есть раз в неделю проходят консультации социального педагога и детского психолога. А когда семья начинает жить самостоятельно, то действуем уже по ее запросу. Мы приглашаем эти семьи приходить к нам два раза в месяц: кто-то приходит, а кто-то — нет.
Сохранить семью
К нам часто приходят семьи, находящиеся в глубоком кризисе и не заинтересованные как-то менять свою жизнь: они хотят просто получить гуманитарную помощь. И часто у родителей в этих семьях есть химическая зависимость. А есть и такие люди, которые даже при нужде не могут заставить себя дойти до нашего склада и получить продуктовую и вещевую помощь, хотя это можно делать регулярно — каждый квартал. У детей в таких семьях часто встречается педагогическая запущенность, то есть отставание в развитии.
Многие семьи к нам направляет территориальная комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав (новое название — Агентство по вопросам семьи и детства). Но там у сотрудников очень высокая нагрузка, и им, конечно, сложно отслеживать такие ситуации на ранних стадиях.
Мы стараемся делать все возможное для этих семей, в том числе и материально помогаем — например, устраиваем акции по сбору новогодних подарков для них и акции по сбору школьных принадлежностей перед началом учебного года.
Для многих не мотивированных на перемены кризисных родителей толчком становится ограничение в родительских правах — тогда люди начинают предпринимать какие-то усилия, чтобы ситуацию исправить. Но это сложно: нужно нормализовать жилищные условия, устроиться на работу, избавиться от зависимостей, если они есть.
Наши специалисты предлагают зависимым клиентам помощь в организации лечения. Они не настаивают, но говорят о последствиях, которые могут наступить для клиентов в случае отказа. То есть стараемся сделать максимум для того, чтобы дети оставались в родных семьях.
И все-таки среди кризисных семей, конечно, больше тех, кто получает у нас отдельные услуги, но не меняет образ жизни. Мы стараемся наблюдать за их судьбами, но без их согласия не можем им помочь. И порой узнаем о печальных результатах, когда органы опеки и попечительства обращаются в суд и по решению суда дети изымаются из семей, а родители лишаются родительских прав.
В наш приют мы не принимаем женщин с зависимостями — у нас нет ресурсов на такую помощь. И в приюте запрет на употребление алкоголя и других психоактивных веществ. Так что перед заселением мы проводим с женщинами собеседование и стараемся выявлять зависимости или психиатрические болезни.
Кризисный центр: правила и задачи
К нам приезжают женщины не только из Ярославской области, но и из соседних областей, где нет кризисных центров. А также принимаем женщин из других регионов, когда они приезжают к нам из соображений безопасности.
В период проживания в центре мы иногда предоставляем клиенткам даже бытовые принадлежности — посуду, бытовую химию и так далее. У нас в штате есть социальный педагог, юрист, психологи, логопед. После того как женщины покидают наш кризисный центр, они могут обращаться к нам за помощью. Мы организуем для них разные мероприятия, проводим консультации, предоставляем гуманитарную помощь.
Мне вспоминается одна семья, которая была у нас в самом начале работы нашего центра. Мама с двумя детьми, которая до этого подвергалась длительному физическому и психологическому насилию. Женщина с высшим образованием, преподаватель английского языка, была очень исхудавшая и даже потерявшая некоторые навыки заботы о себе, ухаживать за детьми у нее тоже не было сил — вплоть до того, что у одного из детей завелись вши. У старшего ребенка уже были поведенческие проблемы.
Потом она восстановилась, даже выглядеть стала по-другому, вернулась к преподаванию и своими детьми стала заниматься активно. Позже она переехала в другой город к родственникам, но выходила с нами на связь и рассказывала о своих делах — у нее появились новые друзья, увлечения.
Изначально нужно было ей дать базовую безопасность, чтобы она смогла расслабиться и в спокойной обстановке возвращаться к нормальной жизни. У нас в приюте эта женщина прожила четыре месяца и потом еще два месяца проживала на съемной квартире, которую мы помогали оплачивать.
Сложные случаи
Есть, конечно, и неуспешные кейсы, когда клиентка предпочитает вернуться в привычную ей травмирующую обстановку, так как ей сложно работать над собой, не подходят какие-то наши условия. Например, недавно у нас была ситуация: женщина обращалась к нам дважды. В первый раз ее ребенок был еще маленький, а она работала на хорошей работе. Мы видели, что она способна что-то изменить, но она вернулась в отношения с отцом ребенка, у которого разные зависимости и который проявлял по отношению к ней физическое насилие.
Через какое-то время она снова обратилась к нам, и мы снова ее приняли. Но у ребенка уже были поведенческие нарушения — гиперактивность, неумение придерживаться каких-то правил, неуважение к маме. Наши специалисты работали и с мамой, и с ребенком, также рекомендовали показать ребенка неврологу, но женщина относилась к этому формально, то есть делала это только для того, чтобы ей разрешали оставаться в приюте.
В один прекрасный момент она ушла от нас по-английски, а еще через какое-то время вышла на связь и сказала, что устроилась на работу, но отец забрал ребенка и ей не отдает. И мы помогли ей составить заявление в суд, но больше от нее обратной связи не было.
Фото: Milo Bauman / Unsplash
А был такой случай: женщина сидит с ребенком в подъезде в Ярославле, им некуда идти, она звонит нам и говорит мне по телефону: «Я не поеду в Ростов. У меня дочка тут ходит в школу, не хочу ее оттуда забирать». Спрашиваю: «А куда вы пойдете? Вас выгнал из дома муж, у вас нет денег». Отвечает: «Я вызвала полицию, она вселит меня принудительно обратно в квартиру». Но ведь для нее это будет эмоционально очень тяжело. Тем не менее она искала какую-то помощь, но в Ярославле сейчас ни у кого из наших коллег нет кризисного жилья.
У нас практически каждый день бывает два-три обращения за помощью. Но даже если мы готовы предоставить место в приюте, некоторые женщины из других регионов отказываются — например, кто-то не хочет переезжать в провинцию из большого города.
То есть многие женщины решаются сменить место жительства далеко не с первого случая насилия. А некоторые, попав в наш кризисный центр, через два-три дня говорят, что им и их детям в нем некомфортно, и уходят.
Но бывает и так, что наш приют переполнен, а кому-то еще срочно нужно место. Тогда мы думаем, что можно сделать — куда-то эту женщину перенаправить или в исключительном случае снять для нее на какое-то время номер в гостинице.
Материал подготовлен по проекту «НКО-профи: поддержка, преемственность, развитие», который реализуется Агентством социальной информации при поддержке Фонда президентских грантов.
