«Незримое кино», или Эксклюзивный инклюзивный кинофестиваль, опередивший свое время

В 2026 году инклюзивный кинофестиваль «Незримое кино» пройдет в Челябинске в третий раз. Его история началась в 2022 году, когда команда АНО «Креативные индустрии Урала» попробовала адаптировать для незрячих зрителей несколько короткометражек. Спустя четыре года небольшой эксперимент перерос в масштабный социальный проект, объединяющий кино, просвещение и инклюзию.

Фильмы, представленные на фестивале, посвящены теме инклюзии, среди создателей картин могут быть люди с инвалидностью. Среди направлений работы фестиваля — доступные любому зрителю кинопоказы, образовательные лектории, творческие встречи и мастер-классы, уличное искусство. О том, как на Южном Урале развивается инклюзивный кинематограф, рассказала Александра Петрова, учредитель АНО «Креативные индустрии Урала», директор кинофестиваля «Незримое кино».

Нехватка адаптированных кинокартин

Изначально «Креативные индустрии Урала» снимали контент о родном крае, его истории и культуре. Почему со временем вы решили обратиться к теме инклюзии?

Многие думают, что за этим стоит личная история или что у меня или у моих близких есть инвалидность. Но на самом деле проект начался по чистой случайности. Я листала новостную ленту и увидела, что где-то в России пройдет кинопоказ для незрячих.

Сперва подумала, что это какой-то стеб. Ну как такое возможно?! Стало интересно, я начала искать, как адаптируют фильмы для незрячих зрителей, узнала про технологию тифлокомментирования. Через неделю познакомилась с челябинской библиотекой для слабовидящих и слепых и узнала от них, что адаптированного контента очень мало, смотреть и показывать практически нечего.

И тогда мы решили заняться этим сами.

Как это было?

Тифлокомментаторов нашли как раз в библиотеке. Правда, они до этого никогда не работали с фильмами — комментировали в основном в театрах, музеях. Поэтому опыт был в новинку и для них.

Коллеги попробовали написать свой первый тифлокомментарий для кино, а мы погрузились в техническую историю. Нужно было понять, как все озвучить, как вместить текст в подходящие паузы и как транслировать готовый тифлокомментарий зрителям.

Прорабатывали разные варианты и способы. Было непросто, но за три месяца поднатаскались и адаптировали три короткометражки уральских авторов.

Почему выбрали именно их?

Понимали, что на какой-то большой метр у нас пока не хватило бы навыков, не было на него и прав. А местные авторы охотно дали согласие на адаптацию своих работ.

И конечно, была очень важна смысловая составляющая. Мне искренне кажется, что людям всегда интересно смотреть картины, которые снимались в их регионе. Узнавать локации, актеров. А для незрячих такого уральского контента не было совсем.

Что такое инклюзивный кинофестиваль

Первые показы прошли успешно? Удалось собрать обратную связь от зрителей?

Благодаря этому проекту я поняла, что людей с инвалидностью много, просто мы их практически не видим, потому что они сидят по домам. А как только мы создали для них доступный контент, они сразу вышли из квартир, потянулись к культуре, к новым впечатлениям.

Мы собрали полный зал. Пришло около 120 человек: незрячие со своими семьями и собаками-проводниками, специалисты из сферы инклюзии, обычные горожане, которые увидели афишу и подумали, что это какой-то хайп.

После просмотра незрячие начали говорить вещи, которые тронули нас прямо до слез. Кто-то рассказал, что впервые в жизни побывал в кино. Кого-то воодушевил опыт коллективного просмотра. Кто-то поделился, что первый раз купил и съел попкорн в зале… То, что нам кажется чем-то обычным, для них стало настоящим событием.

Мы технически совершенствуемся. Стали сотрудничать с приложением «Особый взгляд», активно использовать в озвучке нейросети. Сейчас у нас сделано порядка 100 короткометражек! Первые пару лет работали с уральскими картинами. А теперь, с появлением кинофестиваля, отбираем лучшие фильмы среди полученных заявок и адаптируем их.

Свои работы присылают авторы с инвалидностью и без нее. Отличаются ли у них подходы к историям, взгляды?

Мне кажется, да. Авторы с инвалидностью видят проблему изнутри, они снимают про себя. Даже если это мультфильм, который придумали дети с ОВЗ, они говорят через него про свои переживания, отношения с обществом, чувства и ощущения. Это очень ценно.

В работах, которые создаются людьми без инвалидности, иногда прослеживается немножко взгляд сверху, не на равных. Не всегда, но такое бывает. Хотя с каждым годом инклюзивное кино становится все качественнее, заметен колоссальный рост.

По вашему опыту, есть какие-то правила или рекомендации, как правильнее работать с темой инклюзии в кино? Как подавать истории, выдерживать баланс?

Это сложно. На первый фестиваль мы получили больше 300 работ и были поражены, когда заметили тенденцию манипулировать зрителем. Мысль: «Давайте дружно пожалеем бедных несчастных инвалидов». Мы обсудили это с жюри и решили, что жалость — не инклюзия. И такие работы жестко бракуем.

Есть и другой прием — героизация. Но люди с инвалидностью это тоже не любят. Они подчеркивают: «Мы простые люди, такие же, как вы». Поэтому мы стараемся в программе фестиваля держать баланс — не уходить ни в жалость, ни в героизацию. Главное для нас — уважительное отношение к герою.

Поэтому хорошо подготовиться — очень важно. А лучше всего — снять самого человека с инвалидностью, хотя бы в роли второго плана. В последние годы в кино наконец-то начинают появляться настоящие люди с инвалидностью, и это очень честно.

Фестиваль для всех

Когда вы решили провести первый фестиваль «Незримое кино», не переживали, что не наберете участников или материалов? Все-таки тема достаточно непростая, да и творцов с инвалидностью как будто не так много.

Конечно, переживали! Это все — одна сплошная авантюра. Страшно было не набрать работы. Страшно, что не придут зрители. Страшно, что нас закидают помидорами и осудят за выбор темы — мол, что вы такое показываете, кому эти инвалиды вообще нужны? Страшно, что не найдем подходящую площадку…

Тогда мы поняли, что в Челябинске большой дефицит доступных пространств. С огромным трудом отыскали кинотеатр, который оборудован хотя бы пандусами. До сих пор наша мечта — хорошая площадка, которая подходила бы нам и по доступности, и по размеру, и по цене, и по расположению. Если бы такая нашлась, думаю, нам стало бы намного легче.

Мы проводим инклюзивный кинофестиваль уже в третий раз, но опасения и переживания все равно есть. Например, мы чувствуем, что должны брать планку все выше, делать лучше и лучше, несмотря на все сложности и ограничения.

Кстати, в этом году у вас появилась лаборатория практик «Инклюзия в креативных индустриях»…

Да, мы очень сильно выросли в плане деловой программы. Для предстоящего фестиваля у нас запланировано свыше 30 мероприятий. Это и кинопоказы, и спектакли на тему инаковости и принятия, и различные мастер-классы — например, по шрифту Брайля.

Много выступлений будет по темам, как получать финансирование на съемки, как говорить в кино на тему инклюзии, как сделать большое событие с нулевым бюджетом. Ждем спикеров с инвалидностью, которые представят мотивационные стендапы. На искусствоведческом лектории поговорим про феномен незрячих художников. В общем, программа — ураган! Очень насыщенная. В первый год у нас ничего такого не было.

Изменилось ли что-то еще по сравнению с первым фестивалем?

Поэтому теперь мы говорим, что «Незримое кино» — фестиваль светлых, жизнеутверждающих фильмов, после которых хочется жить, размышлять, что-то делать. Стали реже использовать формулировки «инклюзивный кинофестиваль» или «люди с инвалидностью», потому что широкую аудиторию это сильно отпугивает. У людей сразу перед глазами какой-то мрак, им представляются ужасные, душераздирающие истории. А у нас такого нет.

Да, мы говорим про инклюзию, но стараемся делать это вдохновляюще. Мы — фестиваль для всех!

Борьба со стереотипами

Насколько в целом Челябинск оказался открыт теме инклюзии? Горожане понимают, для чего нужен ваш проект?

Мне кажется, это понимание до сих пор есть не у всех. Само понятие «инклюзивный» многим незнакомо, его путают с другими созвучными словами. Часто про наш фестиваль говорят «эксклюзивный». Приятно, конечно, мы очень эксклюзивны (смеется).

Бывает, люди приходят просто с улицы, вообще не знают, что их тут ждет. Но потом они делятся впечатлениями, говорят: «Мы просто в шоке, такое классное кино, почему мы про вас раньше не знали?» Ни разу за предыдущие два года не видела человека, который вышел бы из зала недовольным. Надеюсь, и в этом году будет так же. Потому что фильмы правда очень сильные и искренние. Стоит их один раз увидеть, и все станет понятно.

Есть какая-то основная мысль, которую хотелось бы донести тем самым людям с улицы, обычным челябинцам?

Ощущение, что «непонятный другой» — не какая-то инородная конструкция, а такой же человек. Классный, адекватный, интересный. С ним можно сидеть рядом и обсуждать кино, делиться мыслями, здорово проводить время.

Хочется объяснить, что все шаблоны и стереотипы — в нашей голове, и в них можно сомневаться, от них можно отказываться. Наш инклюзивный кинофестиваль именно про это — про принятие и добро.

А чем в этом проекте вы сейчас больше всего гордитесь? Считаете главным достижением?

Я в целом горжусь нашим фестивалем. Тем, что мы опередили свое время. Сейчас уже каждый второй кинофестиваль внедряет номинации про инклюзию и социальное кино, но, когда начинался наш проект, этого всего еще не было. А мы почувствовали запрос и стали вторым в стране инклюзивным кинофестивалем — после московского «Кино без барьеров».

И я очень горжусь командой. Все ребята — настоящие подвижники! Проект непростой, тема сложная, деньги не какие-то великие, у каждого есть основная занятость. Но они уже столько лет продолжают делать бок о бок со мной такое огромное, важное и классное дело. Мне кажется, они просто сумасшедшие — так же как и я (смеется). А может быть, это какая-то особая магия вокруг нас и нашего фестиваля. Ведь и в помощи нам практически никогда не отказывают.

Материал подготовлен по проекту «НКО-профи: поддержка, преемственность, развитие», который реализуется Агентством социальной информации при поддержке Фонда президентских грантов.