Лошади вместо таблеток: как иппотерапия помогает нижегородцам победить физические и душевные недуги

Иппотерапия — одно из направлений работы нижегородского клуба адаптивной и оздоровительной верховой езды «Достижение». Здесь сажают в седло 76-летних пенсионеров, помогают восстановиться женщинам, находящимся в постоянном стрессе, и участвуют в реабилитации детей с особенностями развития и «трудных» подростков.

Директор АНО «Достижение» Татьяна Грязнова — нижегородский психолог, реабилитолог, сертифицированный специалист по иппотерапии и оздоровительной верховой езде, действительный член национальной федерации иппотерапии и адаптивного конного спорта и амбассадор проекта «Женское лидерство. Нижегородская область» рассказала корреспонденту Агентства социальной информации о том, как благодаря общению с лошадьми сотни нижегородцев обрели здоровье, уверенность в себе и душевное равновесие.

Буллинг в детстве и желание стать психологом

Как случилось, что вы — психолог и преподаватель психологии — стали работать с лошадьми?

Ей помогли это сделать ее ученики. И на нашем небольшом участочке построили кирпичный сарай на две головы. Потихонечку это все начало развиваться: нас приглашали на мероприятия на Нижегородскую ярмарку, на встречу почетных гостей. Для этого мама брала в театре платья-амазонки — длинные, бархатные, со шляпами. А я постоянно была с лошадьми. Утро мое начиналось с того, что я кормила лошадей, шла в школу, приходила из школы, делала уроки, опять кормила лошадей.

Как случилось, что при такой любви к лошадям вы решили стать психологом?

Мы с сестрой были деревенскими девочками в городе: запаривали в ведре овес, ходили на колонку за водой… А в школе я испытывала, как это сейчас называют, буллинг — все средства уходили на содержание лошадей, и мы донашивали чьи-то вещи. А когда у тебя нет «бирки за спиной» — значит, нечего с тобой разговаривать. Мне это было очень обидно.

Мысли о несправедливости мучили меня с самого детства, поэтому я и пошла учиться на психолога. Мне хотелось понять, почему люди не пытаются узнать в человеке человека, а пытаются судить по каким-то внешним характеристикам.

Иппотерапия

Когда вы стали иппотерапевтом?

Я отучилась, вышла замуж, родила первую дочь — Машу — и работала тренером по верховой езде, параллельно занимаясь семейными вопросами. А в 2013 году ко мне пришла мама с девочкой с диагнозом ДЦП и попросила с ней заниматься, потому что где-то услышала, что лошади лечат.

Я всегда знала, что лошадь дает чувство защиты, на себе это испытала. Наверное, если бы не кони в моей жизни, я не была бы тем, кто я есть. Но про лечение особо не знала. А когда пришел такой запрос, начала изучать.

В Нижнем Новгороде я такую информацию не нашла, а в Москве нашла — в Центре реабилитации для детей с аутизмом «Наш солнечный мир». У них иппотерапия была одним из методов альтернативной реабилитации. Я пошла учиться и через полгода вернулась в Нижний дипломированным специалистом в этой сфере с пониманием того, что лошадь помогает человеку восстановить здоровье.

Что здесь главное?

Я увидела, что после занятий с лошадьми у детей с нарушениями опорно-двигательного характера не только улучшается координация, но и становятся заметны визуальные изменения.

Я поняла, что иппотерапия пусть и не таблетка от всех болезней, но хорошая профилактика и исцеление. Доктор лечит, а природа исцеляет. Поэтому общение с лошадьми — хорошая история дополнительной терапии. Но, конечно, лошадь должна быть дополнительно подготовлена, если ребенок или взрослый не скоординирован.

Как возникло ваше АНО адаптивной и оздоровительной верховой езды «Достижение»?

На тот момент я с большим количеством реабилитационных центров сотрудничала как специалист, заработало сарафанное радио, стали приходить люди с разными диагнозами. Но не имея медицинского образования, я не всегда могла помочь и понимала, что нужны специалисты. Консультировалась в Национальной федерации иппотерапии и адаптивного конного спорта, звонила ее вице-президенту Юлии Слепченко, отправляла ей карточки детей. Она мне говорила, что можно делать, что нежелательно, на что обратить внимание, за чем понаблюдать.

В 2016 году мы проводили на Нижегородской ярмарке в рамках православной выставки «Узорочье. Земля Серафима Саровского» мастер-класс по иппотерапии — и мне позвонили с просьбой записать ребенка на занятия.

• Сколько лет ребеночку?
• 37.

Оказалось, что это мужчина после аварии, очень тяжело восстанавливается, у него были нарушения в движении суставов. Он пришел ко мне, и мы начали работать. В ходе наших занятий я ему рассказала про то, что было вот за эти годы. И он говорит: «То, что ты рассказываешь, это настоящий проект! Можно писать заявку на грант. Ты будешь делать все то же самое, но тебе будет чуть полегче, ты сможешь людей брать на зарплаты, а не просто волонтерами!»

Я полгода это в голове крутила, а потом мы сели, написали устав, подали заявку в Минюст и зарегистрировали некоммерческую организацию. Сейчас мы реализуем социальные проекты и программы для людей с ограниченными возможностями здоровья, подростков с девиантным поведением, несовершеннолетних в сложных жизненных ситуациях, представителей старшего поколения, а также для укрепления семейного благополучия.

Кто сегодня ваши сотрудники?

Лошади и социальные проекты

Какие проекты вы считаете самыми важными?

Первый наш проект «Здоровье — мой конек». Он был посвящен работе с людьми серебряного возраста. Мы победили на конкурсе, сумма гранта была небольшая — до трехсот тысяч рублей. Мы ее получили и сделали занятие по оздоровительной верховой езде для пенсионеров (в 2018 году проект «Здоровье — мой конек» стал победителем конкурса социальных проектов «Активное поколение», конкурс проводил Благотворительный фонд Елены и Геннадия Тимченко, региональными партнерами выступили Нижегородская региональная благотворительная общественная организация «Забота» и  Благотворительный фонд «Хорошие истории» из Самары. — Прим. АСИ).

Потом с этой практикой я поехала в Санкт-Петербург, и нашу методику признали лучшей по работе с серебряным возрастом. Многие удивлялись, как в почтенном возрасте люди садились на лошадь. У нас было 25 участников, самому старшему было 76 лет. И все получилось! Для меня это было очень значимое событие.

Этот первый социальный проект дал старт для того, чтобы мы встали на тропу социального проектирования и потом уже начали подавать заявки на лучший социальный проект. Еще у нас был даже годовой проект, где люди старшего возраста занимались верховой ездой и фланкировкой шашкой! Под него мы получили уже президентский грант.

А как появилась ваша авторская программа для женщин?

Во время беременности и практически до родов я вела проект для женщин. До этого были проекты для детей, для старшего поколения. От проектов для женщин я долго уходила, хотя, работая с детьми, я понимала, что работаю не только с ребенком, но и с его мамой, потому что от ее состояния в семье зависит очень многое. Так и родился проект «ПриРоднаЯ». Он был направлен на то, чтобы женщины приходили и во взаимодействии с лошадьми могли отдохнуть и решить те вопросы, которые у них накопились, но которые они не могли озвучить.

Женщинам нужно учиться слышать себя, и лошади в этом очень хорошо помогают. Важно уметь услышать себя, свое тело, свои истинные ощущения. Например, по поводу того, что, может быть, не надо торопиться. А лошадь — это же не всегда про скорость, это еще и про внимание.

Как преодолеть страх перед верховой ездой и общением с лошадью — огромной и сильной?

А еще у нас была очень красивая фотосессия — нам было важно показать путь изменения женщины. Они такие прекрасные — с лошадьми, на озере, в белых платьях. Мы надеемся, что продолжим этот проект. Сейчас будем подавать на заявку на президентский грант.

Друзья конного клуба

Сейчас сложный экономический период, как вы находите источники финансирования?

У нас есть очень хороший партнер. Это частная инициатива. Человек, который занимается бизнесом, который наблюдал за нашей деятельностью. Он очень помог в свое время финансово вывести подростков в грантовую программу и помочь им попасть на соревнования. И на сегодняшний день он тоже нас поддерживает. Такие люди не дают нам упасть в грусть-печаль.

Даже в пандемию, когда всех закрыли, нам помогали. Причем пенсионеры, которые у нас занимались. Одна участница нашего проекта звонит и говорит: «Таня, я знаю, что вы откажетесь, но мы все равно вам будем собирать деньги, скажите, куда их переводить». Я стояла с телефоном в руках и плакала. Благодаря нашим друзьям мы пережили пандемию.

А что сегодня у вас в планах?

Написать проект по конной стрельбе из лука, потому что в прошлом году это направление получило статус конного вида спорта. Оно объединяет подростков, исконно русское, этническое. Еще хотим разработать проект для женщин, который будет им помогать оставаться ментально здоровыми во время постоянных стрессов.

Конечно, продолжим наши любимые праздники и фестивали, на которых мы можем объединить людей разных возрастов. У нас уже был семейный проект «ИсКонная семья», где лошадь объединяла семьи и поколения, символизируя исконные ценности и связь друг с другом. Надеюсь, что мы к нему вернемся. Лошадь — это связь поколений через века.

Материал подготовлен по проекту «НКО-Профи: поддержка, преемственность, развитие», который реализуется Агентством социальной информации при поддержке Фонда президентских грантов.