В дискуссии приняли участие представители бизнеса, грантодающих фондов и сотрудники музеев. Публикуем основные тезисы прошедшего разговора.
Что такое соавторство мецената и музея
Большинство участников дискуссии современные отношения мецената и музея назвали партнерством или соавторством.
Юлия Грозовская, директор стратегических коммуникаций Благотворительного фонда Владимира Потанина, настаивала на том, что у меценатов и музеев в последние годы появилось много общего в плане ответственности и понимания результатов.
Например, в 2002 году Владимир Потанин пожертвовал один миллион рублей на покупку «Черного квадрата». (Позже этот вариант картины Казимира Малевича был передан в Государственный Эрмитаж в Санкт-Петербурге.) В 2017 году предприниматель вновь участвовал в пополнении коллекции Эрмитажа (была куплена картина «Аврора» Ансельма Кифера). Но в этой покупке были задействованы не только деньги мецената, но и средства эндаумент-фонда музея, созданного при участии Владимира Потанина в 2011 году.
«Можно сказать, что сейчас в музеях существует уже целая система помощи. То есть помощь мецената в них — это не просто покрытие дефицитов, но и стратегическое управление и направление», — заявила Юлия Грозовская.
Светлана Даценко, советник генерального директора Государственного Эрмитажа, отметила, что меценаты и музеи совместно работают в деле просвещения населения. А Мария Морозова, председатель наблюдательного совета Благотворительного фонда Елены и Геннадия Тимченко, назвала взаимоотношения современных меценатов и музеев «отношениями зрелых партнеров».
«Во-первых, нынешние меценаты осознают, что у них с музеями общие цели. Это не просто ”мы даем вам деньги, а вы на них что-то делаете”. Меценаты понимают, что их миссии пересекаются с музейными, и вместе они могут работать более эффективно», — уточнила Мария Морозова.
Также, по ее мнению, важно совпадение целей мецената и музея, уважение друг к другу и признание свободы друг друга. Отношения становятся партнерскими. Музей вносит в общую работу свою экспертизу, понимание аудитории, интересные художественные методы. Донор — стратегическое мышление, связи, опыт управления рисками. Из таких отношений возникают долгосрочные проекты с совместной ответственностью за результат и достижением социальных эффектов, интересных и важных для обеих сторон.
По мнению Фёклы Толстой, руководителя центра цифрового наследия Государственного музея Л.Н. Толстого, бизнес и культурные институции многому научились в последнее время.
«Люди, обладающие деньгами, теперь точнее видят пейзаж культурных институций. А музеи ушли из позиции просителей, поняли, что они обладают брендовой ценностью», — отметила Фёкла Толстая.
Значение человеческих отношений
Мария Лемигова, начальник управления внешних связей Исторического музея, привела пример искренней заинтересованности мецената в работе с музеем. Она рассказала, как нынешней зимой во время снежного циклона Захар Азаров, советник генерального директора по устойчивому развитию ПАО «Северсталь», ехал в Тулу на открытие выставки в филиале ГИМа. Снежные заносы были такие, что поезд из Москвы остановился, не доехав до Тулы. На выставку не пришло даже местное начальство. Но представитель компании успел вовремя.
«Мы всегда ответственны за отношения и связи, которые у нас возникли. Именно они помогают нам продолжать сотрудничество даже в сложные времена», — сказал в ответ Захар Азаров.
Представитель компании также вспомнил основателя «Северстали» Алексея Мордашова, который, несмотря на напряженную ситуацию в российской экономике, сохраняет объем социальных инвестиций.
«У больших компаний сегодня появился новый уровень ответственности, — заявил Захар Азаров. — Раньше мы закрывали какие-то локальные потребности местных сообществ, а сегодня говорим в целом об улучшении жизни сотрудников, нынешних и будущих, о качестве жизни людей в моногородах. Такая работа соответствует принципам устойчивого развития».
Оксана Конышева, руководитель проекта департамента по взаимодействию с регионами Госкорпорации «Росатом» продолжила тему отношения компаний к своим сотрудникам. Она напомнила: забота о культуре всегда была одним из способов сделать производство привлекательным.
«Когда в 1948 году в нынешнем Озерске открылось производственное объединение ”Маяк”, все понимали, что без специальных условий люди не поедут работать в местность, где 180 дней в году пасмурно, — сказала Оксана Конышева. – Поэтому в июне 1948 года открылся комбинат, а уже в ноябре появился театр».
После прихода в «Росатом» Сергея Кириенко прежние принципы работы возродили, и с 2006 года в корпорации существует программа «Территория культуры Росатом».
Корпорация очень серьезно заботится не только об уровне зарплат своих сотрудников, но поддерживает школы, гастроли местных артистов, фестивали, выставки. Есть программа стажировок для сотрудников местных музеев, сообщество работников детских школ искусств и поддержка местных талантов.
«В какой-то момент в нашем проекте #Музыкавместе, где мы собирали местных музыкантов из ”атомных городов”, решили поучаствовать звезды, — рассказала Оксана Конышева. — После этого мы получили от жителей волну негатива. Люди сказали: «Звезд мы видим и по телевизору. А в роликах нам интересно смотреть на своих»».
Участники дискуссии решили, что было бы интересно объединять усилия разных корпораций. Таким образом сотрудники учреждений культуры с разных территорий смогут поучаствовать в большем количестве опробованных проектов.
Когда социальное влияние важнее упоминания фонда
Мария Морозова, председатель наблюдательного совета Фонда Тимченко, рассказала, как постепенно складывалась нынешняя программа работы фонда. Она прошла эволюцию от простой поддержки музейных событий, включая международные, до музейной работы как способа поддержания жизни местных сообществ.
Когда фонд окончательно избрал своей тематикой поддержку малых территорий и людей старшего возраста, соответственно изменилась и его работа с музеями и фестивалями. Так, до 2023 года фонд развивал программу «Культура» и поддерживал гастроли театров из малых городов. В 2020–2021 годах на фотоконкурсе Русского географического общества «Самая красивая страна» фонд поддерживал номинацию «Россия в лицах старшего поколения».
При этом проблема вымарываний названия фонда из публикаций в прессе (поскольку некоторые СМИ воспринимают их как рекламу) кажется Марии Морозовой второстепенной.
«Для нас коммуникация на 80% — это продвижение в СМИ тех тем и проблем, отношение общества к которым мы хотели бы изменить. И лишь на 20% — разговор от имени фонда, — уточнила Мария Морозова. – Влиять на социальную повестку гораздо важнее».
При этом представительница фонда отметила: еще несколько лет назад тема старости и старения в СМИ была табуирована. Контактируя с фондом, многие СМИ открыто признавались, что контент о пожилых людях им не интересен. В какой-то момент фонд решил взять ситуацию в свои руки и начал поддерживать изготовление роликов местными активистами. Сейчас фонд с помощью партнеров снимает ролики о победителях своих конкурсов.
Должен ли меценат быть близок музею — два мнения
По вопросу о том, как лучше музеям подбирать меценатов, мнения участников разделились.
В Государственном Эрмитаже работой с меценатами специально занимается отдел развития. Разным потенциальным партнерам музей готов предложить разные форматы сотрудничества — от минипроектов до долгосрочного партнерства. Причем, предлагая сотрудничество разным компаниям, Эрмитаж всегда учитывает специфику компании.
«Например, у нас четвертый год развивается большое стратегическое партнерство с ”Магнитом”, который не побоялся стилистической разницы между Эрмитажем и магазинами низких цен, — рассказала Светлана Даценко, советник генерального директора Государственного Эрмитажа. — Мы отталкивались от того, что продуктами из ”Магнита” пользуются все жители нашей страны, и придумали для нашего сотрудничества слоган ”Искусство жить”».
Назвать «Магнит» полноценным соавтором выставок Эрмитажа Светлана Даценко не решилась — в научной деятельности музея компания не участвует. Зато в 2024 году музей провел при поддержке АО «Тандер» выставку фламандского натюрморта, а «Магнит» в конце 2023 года выпускал серию товаров с картинами из «Эрмитажа» на упаковке.
У ГИМа тоже есть опыт сотрудничества с розничной торговлей. В конце 2026 года выйдет выставка о русском застолье, которую поддержит сеть «Лента».
В свою очередь, Фёкла Толстая рассказала, что при помощи компании «Яндекс» в ближайшие два года будет произведена оцифровка архива Льва Толстого. Помимо этого, группа надеется на основе дневников Толстого и наработок «Яндекса» создать медиаматериалы о жизни Льва Николаевича, например ожившие фотографии.
«Нам очень важно искать партнеров, которые подходят нам содержательно, которые сомасштабны творчеству Толстого», — отметила Фёкла Толстая.
Поэтому группа работала с ВГТРК и до сих пор сотрудничает с компанией «Самсунг».
Что до бизнеса, то он, по мнению руководительницы диджитал-группы, благодаря сотрудничеству с музеями становится причастен к историческому наследию. Сотрудничая с государственными музеями, благотворительные фонды и бизнес, по ее словам, «приобретают статус». Так было в 2018 году, когда Государственный музей Льва Толстого делал юбилейную выставку совместно с фондом «Справедливая помощь Доктора Лизы» и порталом «Такие дела».
Главную роль в способности музея взаимодействовать с бизнесом, по мнению Фёклы Толстой, играет пиар.
Фонд — соавтор или посредник?
Юлия Грозовская рассказала о тех редких случаях, когда, по ее мнению, фонд Потанина действительно можно было бы назвать соавтором музея.
«Я считаю, что грантовая поддержка — обучение сотрудников или цифровизация — не делает нас соавторами музеев. Исключение составляет выставка ”Правила игры: как спорт формировал культуру», идея которой зародилась именно в фонде, — отметила Юлия Грозовская. — Обычно же фонд своей работой не создает какую-то особую повестку, которая бы давала нам титул соавтора. Мы просто работаем так, чтобы творческие люди могли воплощать свои идеи».
Сейчас фонд работает в области креативного продюсирования. Например, с 2019 года в фонде действовал проект THEATRUM, в котором фонд поддерживал взаимодействие театров и музеев, знакомил музеи с технологиями театрального искусства. Сейчас фонд начинает новую программу — поддерживает гастроли музейно-театральных проектов.
Мария Морозова добавила, что статус соавтора подразумевает участие в творческом процессе. Но в общении мецената и музея меценату должно быть запрещено вмешиваться в творческий процесс — иначе он превратится в заказчика, а музейная работа — в услугу.
В качестве примера Мария Морозова привела проект 2016 года «Разговоры с писателями о старости», который Фонд Тимченко реализовал совместно с Третьяковской галереей.
«В этом случае мы считаем себя соавтором, — сказала Мария Морозова. — Но мы просто предложили идею, а далее не вмешивались, например не редактировали тексты», — уточнила Мария Морозова.
Участники дискуссии отметили, что проекты, в которых меценат вмешивается в идею, обычно не приживаются. А Захар Азаров высказал мнение, что роль фондов состоит в том, чтобы в культурных проектах быть посредниками между музеями и бизнесом. Например, поручителем между Государственным историческим музеем и сетью «Лента» при заключении сотрудничества выступал фонд «Доброта Севера».
Для бизнеса при заключении партнерств важна стабильность музейных команд. Турбулентность, которая в последние годы отчасти затронула и команды музеев, бизнес напрягает.
