Дружить по-взрослому. Простые правила волонтерства в интернате

Десятки тысяч людей (по разным оценкам это от 139,5 до 174 тысяч человек) в России живут в психоневрологических интернатах или, как сейчас их называют в ряде регионов, социальных домах. «А мы бы мечтали, чтобы в интернатах, даже хороших, в которых стоят вендинговые аппараты, не жил никто», – говорят в фонде «Жизненный путь». 

Фонд поддерживает людей с психической инвалидностью, помогает им интегрироваться в обычную жизнь, организует сопровождаемое проживание. Такой альтернативный вариант сейчас по всей стране используется всего для нескольких тысяч человек (около 5% от числа проживающих в ПНИ). 

В ближайшие годы и даже десятилетия интернатная система по-прежнему будет основной формой устройства для большинства людей с особенностями, нуждающихся в опеке и посторонней помощи. Именно поэтому одно из важнейших направлений, которое развивает фонд, – волонтерство в ПНИ. Фонд проводит регулярные встречи с обитателями интернатов – внутри учреждений и выездные.

Зачем в интернате волонтеры

Обычно ПНИ или социальные дома – это учреждения закрытого типа, внутри которых свой режим и порядки. Любая закрытая система, даже с прекрасным персоналом и цветущими розами, создает благоприятные условия для нарушений, с одной стороны. А с другой – в таком учреждении жизнь как будто консервируется.

Вход людей из внешнего мира и выход жителей наружу делают систему менее герметичной и более живой.

«Сейчас в Москве практически нет проблем с тем, чтобы волонтеры приходили в эти учреждения, – рассказывает Марина Быкова, директор и многолетний волонтер фонда ”Жизненный путь”. – Но среди сотрудников всегда были люди разные. Раньше чаще можно было услышать: ”Мы тут работаем десять лет, проводим с ними каждый день – нам виднее! А вы только приходите всех баламутите!..” Сейчас такого становится все меньше».

«Когда звонишь на этаж, чтобы забрать кого-то на встречу нашей группы, можно услышать вопрос: ”А зачем вам эта девушка?” – рассказывает Екатерина Шуйкова, координатор одной из волонтерских групп. – Но когда объясняешь, что, например, Лене это просто нравится, она любит музыку, общаться, танцевать, в ответ чувствуешь понимание. Или даже через охранника иногда передают, что кто-то еще из проживающих хочет присоединиться к группе. И это здорово!»

Для тех, кто живет по правилам и расписанию, у кого часто нет даже личных вещей, принять решение, что хочешь пойти на встречу с волонтерами, – уже событие. И очень важно, что персонал, привыкший в большинстве случаев почти все решать за своих подопечных, готов их выбор и желания слышать и принимать.

К чему нужно быть готовым волонтеру в интернате

Волонтеру в интернате нужно быть готовым к тому, что все пойдет не по плану.

Встреча может не состояться

Встречи проходят в строго определенное время, каждый раз список волонтеров-посетителей подается в администрацию заранее, и обычно эта система работает без сбоев. Но все же время приема пищи, с учетом которого приходят волонтеры, может сдвинуться, в учреждении может быть какое-то другое общее мероприятие или даже объявлен карантин – и тогда волонтеров просят прийти в следующий раз. Другая ситуация: конкретного участника группы по какой-то причине персонал не отпускает на встречу.

Встреча может пойти не по плану

Обычно волонтеры заранее продумывают, чем предложат заниматься участникам группы в те час-полтора, которые они проведут вместе. Они могут принести с собой заготовки для творчества, настольные игры, музыкальную колонку. Но то, что «заходило» в прошлый раз, – легкий боулинг, раскраски или дискотека с музыкой погромче – в этот может не вызвать вообще никакого интереса.

«Иногда думаю: ”Сейчас мы сделаем модно и креативно – закатим, например, коллажную вечеринку”, – рассказывает Екатерина Шуйкова. – А кто-то вместо этого хочет посмотреть в окно или понаблюдать за черной кошкой во дворе. Что ж, тогда мы просто побудем вместе, получится хороший вечер».

Не каждое взаимодействие должно нести видимую пользу и уж точно не нужно следовать слишком строгому плану в общении с людьми, чья жизнь и так целиком регламентирована.

Волонтер может не понравиться – и это тоже ценно!

«Когда я шла в интернат, у меня был страх: ”А вдруг я не понравлюсь?” – рассказывает Екатерина Шуйкова историю из своего волонтерского опыта в другом фонде. – И сразу одна девочка сказала: ”Ты мне не нравишься!” Тогда я просто выдохнула: ну все, я это пережила. А к концу встречи мы даже нашли общий язык. В целом это нормально – не нравиться кому-то».

«Меня регулярно на одной из наших волонтерских групп не хотят видеть некоторые люди, – говорит Марина Быкова. – А есть замечательный молодой человек, который не может меня простить за то, что я недостаточно эффективный менеджер. Если бы руководил он, то на встречи все бы всегда приходили вовремя и все планы были бы известны на год вперед».

Если волонтер не понравился кому-то, нужно просто оставить этого человека в покое, не приставать к нему и не пытаться изменить отношение. «Ведь в учреждении человек не может заявить что-то подобное сотруднику, и прекрасно, что в общении с нами у него есть возможность просто не взаимодействовать с тем, с кем не хочется, – поясняют в фонде. – Это ощутимое доказательство того, что его голос и мнение чего-то стоят».

Что надо и не надо делать волонтеру в интернате

На самом деле новому волонтеру в ПНИ нужно быть готовым к тому, что он скорее понравится и даже получит внимания с избытком. 

Сохранять границы

Поведение человека с ментальной инвалидностью может напоминать детское. Но задача волонтера – сохранить дистанцию, не уйти в патернализм и общаться с тем уважением, которого достоин любой взрослый, независимо от того, каким набором поведенческих практик он обладает.

Делать замечания и поучать неуместно. Если поведение не соответствует привычным нормам или нарушены границы, нужно говорить об этом не директивно, а обращая внимание на собственные чувства. Можно отшутиться, можно честно сказать, что не нравится. «Ваша нормальная реакция – это тоже опыт для людей, живущих в достаточно ограниченной реальности, – говорят волонтеры. – Но эта реакция должна быть уважительная и не с позиции сверху».

Есть программы, цель которых – привить навыки, например, социально-бытовые, кулинарные или по изготовлению керамики. В таком случае с самого начала роли должны быть четко обозначены: есть руководитель или ассистент, который подсказывает, показывает и объясняет, как правильно.

В остальных случаях волонтер приходит к взрослому, чтобы дружить с ним как взрослые, подчеркивают в фонде «Жизненный путь». Поэтому, когда возникает желание заняться воспитанием, волонтеру нужно просто подумать, как бы он повел себя в ситуации с другом или коллегой.

Не брать лишнюю ответственность

Проживающие в учреждении могут просить им что-то подарить, жаловаться на жизнь и даже рассказывать очень тяжелые истории о травматичном опыте. Волонтеру стоит помнить, что он не психолог, не педагог и не близкий родственник. Всегда можно посочувствовать, поддержать, но не нужно драматизировать и спешить спасать.

Иногда действительно нужно оказать простую помощь, например, написать заявление на какую-то услугу, которая положена человеку в интернате. Если же ситуация требует более серьезного вмешательства, принимать решение нужно вместе с сотрудниками фонда.

Здорово, когда у волонтера с кем-то из живущих в интернате действительно выстраиваются длительные дружеские отношения – но это вовсе не обязательно. Более того, если человек приходит в интернат, это не значит, что он взял на себя ответственность и теперь будет нести ее всю жизнь.

«Мы никогда не требуем быть с нами постоянно, а считаем, что любое знакомство расширяет горизонты для проживающих в закрытом учреждении, – говорят в фонде. – Мы только просим не обещать несбыточного и, если посещения прекращаются, экологично прощаться. Нужно передать весточку или лично объяснить, что обстоятельства изменились. Люди там это поймут – это ведь тоже часть жизни».

Помнить, что комфортно должно быть всем

«При общении с людьми с психической инвалидностью и имеющими совершенно другой опыт происходит много забавных ситуаций, – признается Марина Быкова. – И вот здесь очень важный момент: какой-то не очень хороший смех, недоброе подтрунивание – это недопустимо. При этом на самом деле мы все время веселимся, но очень большая разница, когда ты смеешься как часть группы или когда смеешься над чьей-то особенностью. К этому у нас нулевая толерантность».

Преувеличенная деликатность лучше, чем ее отсутствие, тем более, что люди в интернате чаще всего находятся в условиях ее дефицита. «Наши группы немножко напоминают институт благородных девиц, – улыбается директор фонда. – Все крайне деликатны и нежны друг к другу. Это очень приятно. Когда попадаешь в такое довольно безопасное пространство, сам отдыхаешь».

Волонтер не должен испытывать дискомфорт, а ожидания, просьбы и иногда напористая любовь проживающих в интернате не должны тяготить его и превращаться в груз обязательств. Если так происходит, сотрудники фонда, координаторы и другие волонтеры могут мягко посоветовать сделать перерыв, отдохнуть, пройти супервизию и поработать над своими границами: «Потому что волонтерить в интернате надо так, чтобы тебе тоже было весело и комфортно».

***

Авторы недавно проведенного исследования «Как устроены ПНИ в России» приходят к выводу, что система меняется, но пока очень медленно. Волонтеры – важный фактор этих перемен, и чем их больше, тем большую часть жильцов социальных учреждений эти перемены коснутся. 

Фонд «Жизненный путь» открывает несколько новых групп при московских социальных домах. Чтобы присоединиться к волонтерской команде фонда, нужно заполнить анкету, посетить вводную встречу, а потом просто прийти на встречу группы и познакомиться.